Меню

В холодном озере в тени бродили сонные лини падежи определить



ГДЗ учебник по русскому языку 4 класс Канакина. Состав слов. Упражнение №289

Прочитайте.
1 . На воде др..жит з..л..тая сеть солнечных зайчиков. (М. Пришвин)
2 . В х..лодном оз..ре, в тени бр..дили сонные л..ни, и в глуб..не з..ркальных ок..н св..ркает п..л..сатый окунь. (В. Хлебников)
3 . С..р..брится ячмень к..л..систый, з..л..неют привольно овсы. (И. Бунин)
4 . Вот поднялись изд..л..ка гр..дою длинной обл..ка. (И. Никитин)
• Спишите, вставляя пропущенные буквы.
• Выпишите любое из выделенных слов, а рядом запишите проверочные слова.

Решение

  1. На воде дрожит золотая сеть солнечных зайчиков.
  2. В холодном озере, в тени бродили сонные лани, и в глубине зеркальных окон сверкает полосатый окунь.
  3. Серебрится ячмень колосистый, зеленеют привольно овсы.
  4. Вот поднялись издалека грядою длинной облака.
    Колоси́стый − ко́лос, коло́сья.
    Полосатый
    Ячмéнь [ й’ич’м’эн ‘] − 2 слога.
    я − [ й ‘] − согласный, звонкий, мягкий, непарный;

  • [ и ] − гласный, безударный;
    ч − [ ч ‘] − согласный, глухой, мягкий, непарный;
    м − [ м ‘] − согласный, звонкий, мягкий, непарный;
    е − [ э ] − гласный, ударный;
    н − [ н ‘] − согласный, звонкий, мягкий, непарный;
    ь − [−]
    6 букв, 6 звуков

Источник

Пушкин сделал!

Разбор домашних заданий 1-4 класс

Home » русский язык » Предложный падеж (упр 86-90) Канакина Русский язык. 3 класс. Рабочая тетрадь. Ответы

Предложный падеж (упр 86-90) Канакина Русский язык. 3 класс. Рабочая тетрадь. Ответы

86

Прочитайте.

— А я — падеж Предложный.
Со мною — случай сложный!
Мне без предлогов свет не мил .
О ком, о чём я говорил?
Ах да, нужны предлоги,
Без них мне нет дороги.
Пусть будет « В », и « О », и « ПРИ » —
Ты их случайно не сотри!
Тогда смогу я рассказать,
О чём мечтать и в чём гулять.

  • Подчеркните слова, называющие признаки имён существительных в предложном падеже.
  • Впишите в сигнальную карточку вопросы, на который отвечают имена существительные в предложном падеже.

П. п. (говорю)
о ком? о чём?

87

  • Прочитайте. Объясните отгадку к загадке.

Две антенны (И.п.) на макушке (П.п.),
А сама сидит в избушке (П.п.).
На себе её везёт,
По соломинке (Д.п.) ползёт.

Это улитка, потому что у неё есть «две антенны» — рожки, «избушка» — ракушка, которую улитка везёт на себе.

  • Поработайте в парах: подготовьтесь объяснить, как найти в загадке имена существительные в предложном падеже.

Нужно задать вопросы к именам существительным с предлогами.

  • Укажите падеж имён существительных. Подчеркните предлоги.

88

  • Прочитайте. Вставьте пропущенные слова.

В холодном озере в тени
Бродили сонные лини.
Из глубины зеркальных окон
Сверкает полосатый окунь.
А сине-чёрный скворушка
На солнце чистит пёрышко.

Слова для справок: солнце, окунь, лини́, пёрышко, скворушка.

  • Найдите в предложениях имена существительные в предложном падеже. Подчеркните их.
  • Спишите выделенные слова и разберите их по составу.

Холодном — корень холод-, суффикс /н\, окончание [ом].

Полосатый — корень полос-, суффикс /ат\, окончание [ый].

89

  • Прочитайте. Составьте из слов каждой группы предложения. Запишите их.

1. Живёт, цапля-кваква, болоте, на.
2. Днём, отдыхает, гнезде, в, она.
3. Ночью, ловит, болоте, мальков, и, лягушат на, рыбных, цапля.

П.п. И.п.
Живёт на болоте цапля-кваква.
П.п.
Днём она отдыхает в гнезде.
Т.п. И.п. П.п. Р.п. Р.п.
Ночью цапля ловит на болоте рыбных мальков и лягушат.

  • Над именами существительными укажите падеж.

90

  • Прочитайте. Определите и укажите падежи имён существительных. Подготовьтесь объяснить, как вы это делали.

Написать (в чём?) в тетради (П.п.), записать (во что?) в альбом (В.п.), положить (на что?) на стол (В.п.), лежит (на чём?) на столе (П.п.), сесть (на кого?) на пони (В.п.), кататься (на ком?) на пони (П.п.), выйти (из чего?) из кафе (Р.п.), ужинать (в чём?) в кафе (П.п.).

Источник

в холодном озере в тени

бродили сонные лини
из глубины зеркальных окон
сверкает полосатый окунь
а сине-чёрный скворушка
на солнце чистит перышко
Найдите в предложениях имена существительные в предложном падеже. Подчеркните их.

Только в первом предложении: (в) озере; (в) тени

Другие вопросы из категории

Читайте также

В холодном озере в тени
Бродили сонные лини.
Из глубины зеркальных окон
Сверкает полосатый окунь.
А сине-черный скворушка
На солнце чистит перышко.

1. В каком ряду написание всех слов не совпадает с произношением?
1. шёпот, молотьба, осенний, резкий
2. ночёвка, редкий, аллея, кино
3. счастье, орешек, резьба, громкий
4. ток, девчонка, долина, меткий
А 2. Какое существительное не имеет форм множественного числа?
1. ведро
2. посуда
3. сковородка
4. вилка
А 3. В каком ряду все слова состоят из приставки, корня, одного суффикса, окончания?
1. орешник, загрузивший, осторожно
2. заботливый, популярно, переплывая
3. принёсший, рассекреченный, обводка
4. обещание, выпачканный, подставляющий
А 4. В каком ряду во всех словах пропущена гласная, правописание которой зависит от наличия в слове суффикса -а- ?
1. соб…рутся, заг…раться, к…ммерсант
2. к…рмить, тр…щать, зам…рать
3. зад…рать, к…снуться, заст…лить
4. пон…мание, од…рённый, ст…рательно
А 5. В каком ряду во всех словах на месте пропуска пишется Е ?
1. кузнеч…к, ч…сать, человеч…к
2. ноч…вка, туш…ный, девч…нка
3. под душ…м, хорош…го, ключ…вой
4. ноч…вать, могуч…, горяч…
А 6. В каком ряду во всех словах пропущена одна и та же буква?
1. бе…домный, бе…работный, бе…чувственный
2. ра…дать, ра…жать, ра… задориться
3. и…дать, и…вержение, и…черпать
4. во…стание, во…звание, во…пылать
А 7. В каком предложении НЕ со словом пишется слитно?
1. Абитуриент (не)читал этого произведения.
2. (Не)продуманный ответ может быть оценен очень низко.
3. Характер записей в дневнике (не)совсем обычный.
4. Надо было наконец приступить к этому далеко (не)легкому делу.
А 8. В каком слове пишется НН ?
1. клюкве…ое
2. топле…ое молоко
3. кожа…ая куртка
4. ветре…ый вечер
А 9. В каком ряду во всех словах на месте пропуска пишется буква Е ?
1. скользящ…м движении…м, по шаркающ…й походк…
2. син…м мор…м, около лающ…й собак…
3. в открывш…йся галере…, утихающ…й бур…й
4. в горяч…м ча…, о выдающ…йся личност…
А 10. Какое из словосочетаний слов не является словосочетанием со связью УПРАВЛЕНИЕ ?
1. гордость за сына
2. гордиться сыном
3. гордясь сыном
4. сыновняя гордость
А 11. Укажите номер предложения, в котором на месте пропуска ставится тире.
1. Озеро ( ) как блестящее зеркало.
2. Ласковое слово ( ) что весенний день.
3. Я ( ) всем чужой.
4. Труд ( ) самое лучшее лекарство.
А 12. В каком варианте ответа правильно указаны все цифры, на месте которых в предложении должны стоять запятые ?
Вот уездный городок (1) с деревянными (2) кривыми домишками (3) бесконечными заборами (4) купеческими (5) необитаемыми каменными строениями (6) старинным мостом над глубоким оврагом…
1. 1,2,3,4,5,6
2. 2,3,4,5,6
3. 3,4,5,6
4. 3,4,6
А 13. В каком из предложений выделенная конструкция обособляется ?
1. Ещё не вошедшее в силу солнце греет бережно и ласково.
2. Мальчик лет пятнадцати кудрявый и краснощёкий сидел кучером и с трудом удерживал сытого пегого жеребца.
3. Гости отправились в отведенные для них комнаты и на другой день поутру расстались с любезным хозяином, дав друг другу обещание вскоре снова увидеться .
4. Как легкая тень, молодая красавица приблизилась к месту назначенного свидания .
А 14. В каком варианте ответа правильно указаны все цифры, на месте которых в предложении должны стоять запятые ?
В одно ясное, холодное утро (1) Иван Петрович Берестов выехал прогуляться (2) верхом (3) на всякий случай (4) взяв с собою пары три борзых (5) стремянного и несколько дворовых мальчишек (6) с трещотками.
1. 3,5
2. 1,3,4,5
3. 1,4,5
4. 1,2,3,4,5
А 15. Укажите номер предложения с простым глагольным сказуемым.
1. Ещё в гимназии я начал зачитываться Буниным.
2. Меняются поколения, а чудный собор недвижно и вечно стоит в центре города.
3. Я начал писать автобиографическую повесть и дошел в ней до середины жизни.
4. Незнакомка стояла у калитки и пыталась раскрыть маленький зонтик.
А 16. Укажите номер определенно-личного предложения .
1. Я бы сделал уроки пораньше.
2. Что стоишь, качаясь, тонкая рябина?
3. После драки кулаками не машут.
4. Мне холодно.
А 17. Укажите номер неопределенно-личного предложения.
1. Нужны песок,

глубокая.Дно у речки было каменистое..Свежий воздух проник в комнату.Воздух наполнил комнату запахом луговых цветов. Спишите.Замените выделенные существительные местоимениями.Существительные:озеро,кустов,речки,воздух,комнату.

собственные или нарицательные имена существительные?Объясните свой ответ.Спишите.Подчеркните заглавную букву в именах собственных.Россия город улица Обратите внимание.Названия государств,городов,деревень,улиц,рек,гор,озер,морей-это собственные имена существительные;город Пенза,поселок Рассвет,река Урал,озеро Ильмень,гора Казбек.

Источник

Текст книги «Том 3. Поэмы 1905-1922»

Автор книги: Велимир Хлебников

Поэзия

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Лесная дева *

В лесу, где лебедь с песней стонет
И тенью белой в пруду тонет,
Где вьется горностай
Среди нечастого осинника,
И где серебряный лисицы лай
Тонко звенит в кустах малинника,–
Там белозадые бродили лоси
С желтопозолоченным руном
И тростников качались оси
За их молчащим табуном.
Две каменных лопаты
Несет самец поодаль, тих,
И с визгом жалобным телята,
Согнувшись, пьют сосцы лосих.
В сосне рокочет бойко
С пером небесным сойка.
И страстью нежною глубок
Летит проворный голубок.
Гадюка черная свисала
Дугой с широкого сучка,
И пламя солнца освещало
Злобную черту ее зрачка.
[Качает ветер купола
Могучих сосен и дубов.
Молчат цветов колокола
В движеньях тихих лепестков].
И сосны стройные стонали,
Шатая желтые стволы.
То неги стон, то крик печали,
То визг грохочущей пилы.
В холодном озере в тени
Бродили сонные лини.
И в глубине зеркальных окон
Сверкает полосатый окунь.
А сине-черный скворушка
На солнце чистит перышко.
Царственно блестящие стволы
Свечи покрыли из смолы.
С глухого муравейника
Взлетит, стуча крылом, глухарка,
И перья рдяного репейника
Осветит солнце жарко.
Взовьется птица. Сядет около.
Чу, слышен ровный свист дрозда.
Вон умная головка сокола
Глядит с глубокого гнезда.
Нагие древяницы
Свисали телом с темной ели,
И их печальные зеницы
О чем-то , о чем-то пели.
И с грудью медно-красной
И белой сединой
Плыл господин воды ненастной,
Красивый водяной.
Скользя в пахучей пляске,
Низко-свистящие ужи,
Черны, тягучи, вязки,
Дружили в зарослях межи.
Здесь темный храм
Чреды немых дубов,
Спокоен, грустен, прям,
Качает тяжестью годов.
Когда лесной стремится уж
Вдоль зарослей реки,
По лесу виден смутный муж
С лицом печали и тоски.
Брови приподнятый печальный угол…
И он изгибом тонких рук
Берет свирели ствол (широк и кругол)
И издает тоскливый звук.
Предтечею утех дрожит цевница,
Воздушных дел покорная прислуга.
На зов спешит певца подруга –
Золотокудрая девица.
Пылает взоров синих колос,
Звенит ручьем волшебным голос!
И персей белизна струится до ступеней,
Как водопад прекрасных гор.
Кругом собор растений,
Сияющий собор.
Над нею неба лучезарная дуга,
Уступами стоят утесы;
Ее блестяща нога
Закутана в златые косы.
Волос из золота венок,
Внутри блистает чертог ног:
Казалось, золотым плащом
Задернут стройный был престол.
Очей блестящим лучом
Был озарен зеленый пол.
И золотою паутиной
Она была одета,
Зеленою путиной
Придя на голос света.
Молчит сияющий глагол.
Так, красотой своей чаруя,
Она пришла (лесная дева)
К волшебнику напева,
К ленивцу-тарарую.
И в сумрака лучах
Стоит беззлобный землежитель,
И с полным пламенем в очах
Стоит лучей обитель.
Нехитрых лепестков златой венок:
То сжали косы чертог ног.
Достигнута святая цель,
Их чувство осязает мель,
Угас Я рилы хмель.
Она, заснув с ласкающей свободой,
Была как омут ночью или водоем.
А он, лесник чернобородый,
Над ней сидел и думал. С ней вдвоем,
Как над речной долиной дуб,
Сидел певец – чрез час уж труп.
Храма любви блестят чертоги,
Как ночью блещущий ручей.
Нет сомнений, нет тревоги
В беглом озере ночей.
Без слов и шума и речей…
Вдруг крик ревнивца
Сон разбудил ленивца.
Топот ног. Вопль, брани стон,
На ноги вспрыгнул он.
Сейчас вкруг спящей начнется сеча,
И ветер унесет далече
Стук гневной встречи.
И в ямах вся поверхность почвы.
О, боги неги, пойдите прочь вы!
И в битве вывернутые пни,
И страстно борются они.
Но победил пришлец красавец,
Разбил сопернику висок
И снял с него, лукавец,
Печаль, усмешку и венок.
Он стал над спящею добычей
И гонит мух и веткой веет.
И, изменив лица обычай,
Усопшего браду на щеки клеит.
И в перси тихим поцелуем
Он деву разбудил, грядущей близостью волнуем.
Но далека от низкого коварства,
Она расточает молодости царство,
Со всем пылом жены бренной,
Страсти изумлена переменой.
Коварство с пляской пробегает,
Пришельца голод утолив,
Тогда лишь сердце постигает,
Что значит новой страсти взрыв.
Она сидит и плачет тихо,
Прижав к губам цветок.
За что, за что так лихо
Ее оскорбил могучий рок?
И доли стана
Блестели слабо в полусвете.
Она стояла скорбно, странно,
Как бледный дождь в холодном лете.
Вкруг глаза, синего обманщика,
Горят лучи, не семя одуванчика?
Широких кос закрыта пеленой,
Стояла неги дщерь,
Плеч слабая стеной…
Шептали губы: «Зверь!
Зачем убил певца?
Он кроток был. Любил свирель.
Иль страсть другого пришлеца
Законная убийству цель?
В храмовой строгости берез
Зачем убил любимца грез?
Если нет средств примирить,
Я бы могла б разделить,
Ему дала бы вечер, к тебе ходила по утрам,–
Теперь же все – для скорби храм!
И эти звезды и эти белые стволы –
Ничто! Ничто! – теперь мне не милы.
Был сердцем страстным молодой,
С своею черной бородой
Он был дитя.
Чего хотя,
Нанес убийственный удар?
Ты телом юн, а сердцем стар,
С черно-синей ночью глаз
И мелкокудрым златом влас.
Иль нет: убей меня,
Чтоб возле, здесь, была я труп,
Чтоб не жила, себя кляня
За прикасанье твоих губ».
И тот молчит. Стеная
Звонко, уходит та
И рвет со стоном волосы.
Тьма ночная
Зажгла на небе полосы
(Темно-кровавые цвета).
А он бежит? Нет, с светлою улыбкой,
Сочтя приключение ошибкой,
Смотрит сопернику в лицо,
Снимает хладное кольцо.
И, сев на камень,
Зажженный в сердце пламень
Излил в рыданьях мертвенной свирели,
И торжеством глаза горели.

Читайте также:  Почему в африке много тектонических озер
Сельская дружба *

Как те виденья тихих вод,
Что исчезают, лишь я брызну,
Как голос чей-то в бедствий год:
«Пастушка, встань, спаси отчизну!»
Вид спора молний с жизнью мушки
Сокрыт в твоих красивых взорах,
И перед дланию пастушки,
Ворча, реветь умолкнут пушки,
И ляжет смирно копий ворох.
Так, в пряже таинственной с счастьем и бедами,
Прекрасны, смелы и неведомы,
Юношей двое явились однажды,
С смелыми лицами, взорами жажды.
Наутро пришли они, мокрые, в росах,
В руке был у каждого липовый посох.
То вестники блага – подумал бы каждый.
Смелы, зорки, расторопны,
В русые кудрей покрытые копны,
К труду привычны и охотники,
Они просилися в работники.
Какой-то пришли они тайной томя,
Волнуемы подвигом общим,–
На этих приход мы не ропщем.
Так голубь порою крылами двумя
В время вечернее мчится и серое.
И каждый взглянул на них, сразу им веруя.
Но голубь летит все ж единый.
Пришли они к нам урожая годиной.
Сюда их тропа привела,
Два шумных и легких крыла.
С того напрасно снят, казалось, шлем:
Покрыт хвостом на медной скрепе,
Он был бы лучше и свирепей.
Он русый стог на плечах нес
Для слабых просьб и тихих слез.
Другой же, кроток, чист и нем,
Мечтатель был и ясли грез.
Как лих и дик был тот в забрале,
И весел голос меж мечей!
Иные сны другого ум избрали,
Ему был спутником ручей,
И он умел в тиши часами
Дружить с ночными небесами,
Как строк земли иным созвучие,
Как одеянье сердцу лучшее.
Село их весело приемлет
И сельский круг их сказкам внемлет.
Твердят на все спокойно «да!»
Не только наши города.
Они вошли в семью села.
Им сельский быт был дан судьбой.
И как два серые крыла:
Где был один, там был другой.
Друг с другом жизни их сплелись,
С иными как-то не сошлись.
И все приветствуют их.
Умолкли злые языки,
Хотя ворчали старики:
«Тот слишком лих, тот слишком тих».
Они прослыли голубки
(К природе образы близки),
И парубки, хотя раней косились,
Но и те угомонились.
Не знаю, что тому виною, –
Решенье жен совсем иное.
Они, наверное, правы.
Кто был пред ними наяву
Осколком века Святослава
И грозных слов «иду на вы»,
Пред тем, склонив свою главу,
Проходит шумная орава.
Так, дикий шорох чуть услышат
В ночном пасущиеся кони,
Прядут ушами, робко дышат:
Ведь все есть в сумрака законе.
Когда сей воин, отцов осколок,
Встречался, меряя проселок,
На его быстрый взор спускали полог.
Перед другим же, подбоченясь,
Смелы, бойки, как новый пенязь,
Играя смело прибаутками
И смело-радостными шутками,
Стояли весело толпой,
На смех и дерзость не скупой.
Бранили отрока за то,
Что, портя облик молодой,
Спускался клок волос седой
На мысли строгое чело,
Был сирота меж прядей черных.
Казнили стаей слов задорных
За то, что рано поседел,
Храня другой судьбы удел,
Что пустяки ему важны
И что ему всегда немного нездоровится,
А руки слабы и нежны–
Породы знак, гласит пословица.
Ходила бойкая молва,
Что несправедлив к нему закон
За тайну темную рождения.
И что другой судьбы права
На жизнь, счастье, наслаждение
Хранил в душе глубоко он.
Хоть отнял имя, дав позор,
Но был отец Ивана важен
Где-то. То, из каких-то жизни скважен,
Все разузнал болтливый взор.
Враждуя с правом и тоской,
С своей усмешкой удальской,
Стаю молний озорницы
Бросали в чистые зарницы.
«Не я, не мы», – кричали те
В безумца, верного мечте,
Весною красненький цветок,
Зимой холодный лед снежка
Порой оттуда, где платок,
Когда летал исподтишка.
Позднее с ними примирились
И называть их договорились:
Наш силач
(Пропащая головушка),
И наш скрипач
(И нам соловушка).
Ведь был силен, чьи кудри были русы,
А тот на скрипке знал искусы.
Был сельский быт совсем особый.
В селе том жили хлеборобы.
В верстах двенадцати
Военный жил; ему покой давно был велен:
В местах семнадцати
Он был и ранен и прострелен
То верной, то шальною пулей
(Они летят, как пчелы в улей).
И каждый вечер, вод низами,
К горбунье с жгучими глазами
Сквозь луга и можжевельник
С громкой песней ходил мельник.
Идя тропою ивняка,
Свою он «Песню песней» пел,
Тогда село наверняка,
Смеясь, шептало:
«Свой труд окончить он успел».
Копыто позже путь топтало.
Но осенью, когда пришли морозы,
Сверкнули прежние угрозы
В глазах сердитых стариков,
Как повесть жизни и грехов,
И раздавалось бранное слово.
Потом по-старому пошло все снова,
Только свадьбы стали чаще
С хмелем ссоры и смятений
Да порой в вечерней чаще
Замечали пляску теней.
Но что же?
Недолго длилось все и то же,
Однажды рев в деревне раздался,
Он вырос, рос и на небо взвился.
Забилась сторожа доска!
В том крике – смертная тоска.
Набат? Иль бешеные волки?
«Ружье подай мне! Там, на полке».
Притвор и ствол поспешно выгнув,
В окошко сада быстро прыгнув,
Бегут на помощь не трусы.
Бог мой! От осаждающей толпы
Оглоблей кто-то отбивался.
В руках полена и цепы,
Но осажденный не сдавался.
За ним толпой односельчане,
Забыв свирели и заботы,
Труды, обычай и работы,
На мясе, квасе и кочане
Обеды скудные прервав,
Идут в защиту своих прав.
Излишни выстрел и заряд.
Слова умы не озарят.
На темный бой с красавцем пришлым
Бегут, размахивающим дышлом.
Тогда, кто был лишь грез священник,
Сбежал с крыльца семи ступенек.
Молва далеко рассказала
Об этом крике: «Не боюсь!»
Какая сила их связала,
Какое сердце и союз!
В его руке высокий шест
Полетом страшным засвистал
И круг по небу начертал.
Он им по воздуху провел,
Он, хищник в стае голубей.
Умолкли возгласы «убей!»
И отступили люди мест,
И побежали люди сел.
«В тихом омуте-то черт!» –
Молвил тот, кто был простерт.

Читайте также:  Карты берега онежского озера

Наверно, месяц пролежал
Борис, кругом покрытый льдом,–
Недуг кончиной угрожал.
Он постарел и поседел.
Иван, гордясь своим трудом,
Сестрою около сидел,
И в темный час по вечерам,
Скорбна, как будто войдя в храм,
Справлялась не одна села красавица,
Когда Борис от ран поправится.
И он окрепнул наконец,
Но вышел слабый, как чернец.
Меж тем и сельских людей гнев
Улегся, явно присмирев.
Борис однажды клятву дал
Реку Остер двенадцать раз,
Не отдыхая, переплыть.
Указ судьбы его не спас.
Он на седьмом погиб. Не плакал, не рыдал
Иван, но, похоронив, решил уйти.
Иных дней жребий темный вынул
И, незамеченный, покинул
Нас. Не знаю, где решил он жить.
Быть может, он успел забыть
Тот край, как мы его забыли,
Забвенью предали пути.
Но голубь их скитаний хром,
Отныне сломанным крылом
Дрожит и бьется, узник пыли.
Так тяжко падает на землю
Свинцом пронзенный дикий гусь.
Но в их сердцах устало внемлю
Слова из книги общей: «Русь».

Сельская очарованность *

Напялив длинные очки,
С собою дулась в дурачки.
Была нецелою колода,
Но любит шалости природа.
Какой-то зверь протяжно свистнул,
Топча посевы и золу.
Мелькнув поломанной соломкой,
Слетело двое голубей.
Встревожен белой незнакомкой,
Чирикал старый воробей.
«Полей простор чернеет, оран,
Поет пастух с слезливой дудкой,
Тебе на плечи сядет ворон,
С вонзенной в перья незабудкой.
В мою ладонь давайте руку,
Ведь я живу внутри овина,
И мы, смеясь, пройдем науку,–
Она воздушна и невинна».
Как белочка, плутовка
Подсолнухи грызет,
А божия коровка
По локтю рук ползет
Сквозь кожи снег, где блещет жилка,
Туда, щиты свои раздвинув,
Слетела с русого затылка,
Над телом панцирь крыл раскинув.
В руке качался колос
Соседней спелой нивы.
К земле струился волос,
Желания ленивы.
«О, я пишу. Тебя здесь вывел».–
«А ты мне… ты мне опротивел».–
«Ужели?» – «В самом деле!»
Был стан обтянут бечевой.
В руке же цветик полевой.
На ней охоты сапоги,
Смазны они и широки.
«Ни глупой лести, ни почету,
Здесь нет уюта, жизни места.
Девица рощи, звездочету
Будь мотыльковая невеста».–
«Я – лесное правительство
Волей чистых усмешек
И мое местожительство,–
Где зеленый орешек».–
«И книги полдня, что в прекрасном
Лучей сверкают переплете,
Вблизи, лишь, насморку опасным,
С досадой дымом назовете.
Вблизи столь многое иное,
О чем певец в созвучьях спорит,
О чем полкан, печально ноя,
Ему у будки в полночь вторит».–
«Я не негодую:
Ты мне всего, всего дороже!
Скажи, на ведьму молодую
Сегодня очень я похожа?
Ах, по утрам меня щекоткой не буди.
Как это глупо! сам суди:
Я только в полночь засыпаю;
И утром я не так ступаю!» –
«Но дней грядущих я бросил счета,
Мечтания, страсть и тебя, нищета!»
Синеет лог, чернеет лес.
В ресницах бог,
А в ребрах бес.
И паутины ячея,
И летних мошек толчея.
То истина: не всех пригожих
Пленяет шелковая тряпка.
«Мне холодно», – надвинув кожух,
Сказала дева зябко.
Сквозняк и ветер, вот причина!
Тепла широкая овчина,
И блещет белое плечо
Умно, уютно, горячо.
«У стрекоз возьму я шалость.
Они смотрятся в пруды.
Унесу твою усталость,
Искуплю твои труды.
Я до боли в селезенке
Стану бешено скакать,
Чтобы мрачные глазенки
Научилися блистать».
Но что там? женщина какая-то
Ушами красная платка…
«Ахти, родимый, маета,
Избушка далека.
На, блинчики с сметаной,
Всё доверху лукошко.
С тобою краля панна?
Устала я немножко…
Ты где ходил? в лесу, не дале?
А наши тя видали.
Ты бесом малым с ней юлил,
Ей угодить все норовил.
Ужо отведай каравай!
Прощайте! прощевай!
Да вот, чтоб сон ваш не был плох,
Али принесть лишай и мох?
Ведь всё здесь камни и пески,
Они, их шут возьми, жестки.
Пусть милость неба знает тя!»
Она ушла, вздохнув, кряхтя.
Торчали уши
Ее, платок горел как мак.
Шаги все делалися глуше.
Ее сокрыл широкий мрак.
«Как очаровательны веснушки!
Они идут твоей старушке,
Невзгод и радостей пастушке.
Друг друга мы плечом касались,
Когда от ливня рек спасались,
Полунаги и босиком…
Прогулку помнишь ты вдвоем,
С одним грибом-дождевиком?
Но он нас плохо защищал.
И кто-то на небе трещал.
Вкруг нас собрался водоем.
Поля от зноя освежались.
Друг к другу мы тогда прижались.
„Пострелы“, – молвил пастушонок
И стал близ нас угрюм и тонок.
За ним пришла его овчарка.
Нам было радостно и жарко.
С тех пор прошло уж много дней,
А ты не сделался родней».
Она сидит, главою низкая,
Цветок полей руками тиская.
«И череп всё облагородит.
Все, все минует и проходит.
Не стану я, умрешь и ты.
Смешливы сонного черты.
Спи, голубчик, соловей,
Если звонок соловей.
Ты знаешь, кто я?
Я – „не тронь меня“.
Близ костра печально стоя,
Боюсь грубого огня.
Упади, слеза нескромница:
Мотылькам про солнце помнится».
Мечта и грусть в глубоких взорах.
Под нею был соломы ворох.
И с восхитительной замашкой
Ты шила синюю рубашку.

Вила и леший *

Горбатый леший и младая
Сидят, о мелочах болтая.
Она, дразня, пьет сок березы,
А у овцы же блещут слезы.
Ручей, играя пеной, пел,
И в чащу голубь полетел.
Здесь только стадо пронеслось
Свистящих шумно диких уток,
И ветвью рог качает лось,
Печален, сумрачен и чуток.
Исчез и труд, исчезло дело;
Пчела рабочая гудела,
И на земле и в вышине
Творилась слава тишине.
Овца задумчиво вздыхает
И комара не замечает.
Комар, как мак, побагровел
И звонко с песней улетел.
Качая черной паутиной
На землю падающих кос,
Качала Вила хворостиной
От мошек, мушек и стрекоз.
Лег дикий посох мимо ног;
На ней от воздуха одежда,
Листов березовых венок
Ее опора и надежда.
Ах, юность, юность, ты что дым!
Беда быть тучным и седым!
Уж леший капли пота льет
С счастливой круглой головы.
Она рассеянно плетет
Венки синеющей травы.
«Тысячелетние громады
Морщиной частою измучены.
Ты вынул меня из прохлады,
И крылышки сетью закручены.
Леший добрый, слышишь, что там?
Натиск чей к чужим высотам?
Там, на речке, за болотом?»
Кругом теснилась мелюзга,
Горя мерцанием двух крыл,
И ветер вечером закрыл
Долину, зори и луга.
«Хоть сколько-нибудь нравится
Тебе моя коса?» –
«Конечно, ты красавица,
То помнят небеса.
Ты приютила голубков,
Косою черная с боков!»
А над головой ее летал,
Кружился, реял, трепетал
Поток синеющих стрекоз
(Где нет ее, там есть мороз),
Младую Вилу окружал
И ей в сияньи услужал.
Вокруг кудрявы древеса,
Сини, могучи небеса.
Младенец с пышною косой
Стоял в дуброве золотой,
Живую жизнь созерцал
И сердцу милым нарицал.
«Спи, голубчик, спи, малюта,
В роще мира и уюта!»
Рукой за рог шевелит нежно,
Так повторив урок прилежно,
На небо смотрит. Невзначай
На щеку каплет молочай.
Рукою треплет белый чуб,
Его священную чуприну.
«Чуть-чуть ты стар, немного глуп,
Но все же брат лугам и крину».
Но от темени до пят
Висит воздушная ограда,
Синий лен сплести хотят
Стрекоз реющее стадо.
«Много, много мухоморов,
Есть в дуброве сухостой,
Но нет люда быстрых взоров,
Только сумрак золотой.
Где гордый смех и где права?
Давно у всех душа сова!»
На мху и хвое леший дремлет,
Главу рукой, урча, объемлет.
Как мотылек, восток порхал
И листья дуба колыхал.
Военный проходит
С орлом на погоне;
И взоров не сводит,
Природа в загоне.
Она встает, она идет,
Где речки слышен зов – туда,
Где мышь по лону вод плывет
И где задумчива вода.

Читайте также:  Какая рыба водится в озерах тюменской области

Голос с реки:

Я белорукая,
Я белокожая,
Ручьям аукая,
На щук похожая,
О землю стукая,
Досуг тревожу я.

«Кто там, бедная, поет?
Злую волю кто кует?»
В тени лесов, тени прохладной
Стоял угрюмый и злорадный
Рыбак. Хохол волос упал со лба.
Вблизи у лоз его судьба.
Точно грешник виноватый,
Боязливый, вороватый,
Дикий, стройный, беспокойный,
Здесь рыбак пронес уду,
Верен вольному труду.
Неслась веселая вода.
Постой, разбойница, куда?

«Где печали,
Где качели,
Где играли
Мы вдвоем?
Верещали
Из ущелий
Птицы. Бился водоем».

Козлоногих сторожей
Этой рощи, этих стад,
Без копья и без ножей
Распрю видеть умный рад.
Пусть подъемлют черти руку,
Возглашая, что довольно!
Веселясь лбов крепких стуку,
Веселюсь и я невольно.
Страсть, ты первая посылка,
Чтоб челом сразиться пылко.
Над лысой старостью глумится
Волшебноокая девица.
Хребтом прекрасная сидит,
Огнем воздушных глаз трепещет,
Поет, смеется и шалит,
Зарницей глаз прекрасных блещет
И сыпет сверху муравьев.
Они звончее соловьев
На ноги спящего поставят
И страшным гневом позабавят.
Как он дик и как он согнут,
Веткой длинною дрожа,
Как персты его не дрогнут,
Палкой длинной ворожа.
Как дик и свеж
Владыка мреж!
«Я, в сеть серебряных ячеек
Попавши сомом, завоплю,
В хвосте есть к рыбкам перешеек,
Им оплеуху налеплю».
Рукою ловит комаров
И садит спящему на брови.
«Ты весел, нежен и здоров,
Тебе не жалко капли крови.
Дубам столетним ты ровесник,
Но ты рогат, но ты кудесник».
Подобно шелка черным сетям,
С чела спускалася коса,
В нее, летя к голодным детям,
Попалась желтая оса.
«Осы боюсь!» Осу поймала;
Та изогнула стан дугой
И в ухо беса, что дремало,
Вонзился хвост осы тугой.
Ручную садит пчелку
В его седую холку.
Он покраснел, чуть-чуть рассержен,
И покраснел заметно он,
Но промолчал: он был воздержен
И не захотел нарушить сон.
«Как ты осклиз, как ты опух,
Но все же витязь верный, рьяный,
Капуста заячья, лопух!
Козел, всегда собою пьяный!»
Устало, взорами небесная
Дышала трудно, но прелестная.
Сверчки свистели и трещали
И прелесть жизни обещали.
Досуг лукавством нежным тешит
И волос ногтем длинным чешет.
И на плечо ее прилег
Искавший радость мотылек.
Но от головы до самых ног
Снует стрекозьих крыл станок.
Там небеса стоят зеленые,
Какой-то тайной утомленные.
Но что? «Ква-ква!» – лягушка пела, пасть ужа.
Уже бледна вскочила Вила, вся дрожа.
И внемлет жалобному звуку,
Подъемля к небу свою руку.
Власы волной легли вдоль груди,
Где жило двое облаков,
Для восхищенных взоров судей,
Для взоров пылких знатоков!
О, этот бледный страха крик!
Подъемлет голову старик.
«Не все же, видно, лес да ели,
Мы, видно, крепко надоели.
Ты дюже скверная особа».
(Им овладели гнев и злоба).
«Души упрямца нету вздорней.
Смотри, смотри! Смотри проворней!
Мы капли жизни бережем,
Она же съедена ужом».
Там жаба тихо умирает
И ею уж овладевает.
Блестя, как рыбки из корзинки,
По щекам падали слезинки.
Он телом стар, но духом пылок,
Как самовар, блестит затылок.
Он гол и наг: ветхи колосья
Мехов, упавших на бедро,
Склонились серые волосья
На лоб и древнее чело.
Его власы – из снега льны,
Хоть мышцы серы и сильны.
«Мой товарищ желтоокий!
Посмотри на мир широкий.
Ты весной струей из скважин
Жадно пьешь березы сок,
Ты и дерзок и отважен,
Телом спрятан у осок.
И, грозя согнутым рогом,
Сладко грезишь о немногом».
Исполнен неясных овечьих огней,
Он зенками синими водит по ней.
И просит грустящий, глазами скользя,
Но Вила промолвила тихо: нельзя!
И машет строго головой.
Тот вновь простерт, стал чуть живой.
Рога в сырой мох погрузил
И плача, звуком мир пронзил.
Вблизи цветка качалась чашка,
С червем во рту сидела пташка.
Жужжал угрозой синий шмель,
Летя за взяткой в дикий хмель.
Осока наклонила ось,
Стоял за ней горбатый лось.
Кричал мураш внутри росянки
И несся свист златой овсянки.
Ручей про море звонко пел,
А леший снова захрапел!
В меха овечьи сел слепень,
Забывши свой сосновый пень.
Мозоль косматую копытца
Скрывала травка медуница.
И вечер шел. Но что ж: из пара
Встает таинственная пара.
Воздушный аист грудью снежной,
Костяк вершины был лишен,
И, помогая выйти нежно,
Достоин жалости, смешон.
Он шею белую вперил
На небо, тучами покрыто,
И дверь могилы отворил
Своей невесте того быта.
Лучами солнце не пекло.
Они стоят на мокрых плитах.
И что же? Светское стекло
Стояло в черепе на нитях.
Но скоро их уносит мгла,
Земная кружится игла.
Но долго чьи-то черепа
Стучали в мраке, как цепа.
А Вила злак сухой сломила,
С краев проворно заострила
И в нос косматому ввела,
И кротко взоры подняла.
Рукой по косам провела,
О чем-то слезы пролила,
И сев на пень взамену стула,
Она заплакала, всхлипнула.
И вдруг (о, радость) слышит: чих!
То старый бешено чихнул,
Изгнать соломинку вздрогнул.
«Мне гнев ужасен лешачих.
Они сейчас меня застанут,
Завоют, схватят и рванут,
И все мечты о лучшем канут,
И речи тихие уснут.
Покрыты волосом до пят,
Все вместе сразу завопят.
Начнут кусаться и царапать
И снимут с кожи белой лапоть.
Союз друзей враждой не понят,
На всех глаголах ссор зазвонят
И хворостиною погонят
Иль на веревке поведут.
Мне чья-то поступь уж слышна,
Ах, жизнь сурова и страшна!» –
«Смотри, сейчас сюда нагрянут,
Пощечин звонких нададут,
Грызня начнется и возня,
Иди, иди же, размазня!»
Себя обвив концом веревки,
Меж тем брюшко сребристо-лысое
Ему давало сходство с крысою.
Ушел, кряхтя, в места ночевки.
Печально в чаще исчезал,
Куда идти, он сам не знал.
Он в чащу плешину засунул
И, оглянувшись, звонко плюнул:
«Га! еще побьют».–
«Достоин жалости бедняга!
Пускай он туп,
Пускай он скряга!
Мне надо много денег!» –
«А розог веник?» –
«Ожерелье в сорок тысяч
Я хочу себе достать!» –
«Лучше высечь…
Лучше больше не мечтать». –
«И медведя на цепочке…
Я мукой посыплю щечки.
Будут взоры удлиненными,
Очи больше современными.
Я достану котелок
На кудрей моих венок.
Рот покрасив меджедхетом,
Я поссорюсь с целым светом
И дикарскую стрелу
Я на щечке начерчу.
Вызывая рев и гнев,
Стану жить я точно лев.
Сяду я, услыша ропот,
И раздастся общий шёпот».–
«То-то, на той сушине растет розга».–
«Иди, иди, ни капли мозга!» –
«Иду, иду в мое болото.
Трава сыра». – «Давно пора!»
Досады полная вконец,–
Куда ушел тот сорванец? –
Бросала колкие надсмешки,
Сухие листья, сыроежки,
Грибы съедобные, и ветки,
И ядовитые заметки.
Летела нитка снежных четок
Вслед табунку лесных чечеток.
С сосновой шишкой – дар зайчишки –
Сухая крышка мухомора
Летит, как довод разговора.
Слоны, улитки-слизняки,
И веткой длинной сквозняки,
А с ними вместе города
Летят на воздух все туда.
Она все делалась сердитей
И говорила: «Погодите.
О ты, прижимающий ухо косое,
Мой заяц, ответь мне, какого ты соя?»
Как расшалившийся ребенок,
Покинут нянькой нерадивой,
Бесился в ней бесенок,
Покрытый пламенною гривой.
К ручейной влаге наклонясь,
Себя спросила звонко: ась?
И личиком печальным чванится
Стран лицемерия изгнанница.
Она пошла, она запела
Грозно, воинственно, звонко.
И над головою пролетела
В огне небес сизоворонка.
Кругом озера и приволье,
С корой березовой дреколье,
Поля, пространство и леса,
И голубые небеса.
Вела узорная тропа:
На частоколе черепа.
И рядом низкая лачуга,
Приют злодеев и досуга.
Овчарка встала, заворчав,
Косматый сторож величав.
Звонков задумчивых бренчанье,
Овчарки сонное ворчанье.
Повсюду дятлы и синицы,
И белоструйные криницы.
«Слышу запах человечий?
Где он, дикий? мех овечий?»
Вид прекрасный, вид пригожий,
Шея белая легка,
Рядом с нею, у подножий,
Два трепещут мотылька.
И много слов их ждет прошептанных,
И много троп ведет протоптанных.

Источник